О чём размышляет бывший вице-губернатор?

Недавно моим попыткам разобраться в причинах происходящего идиотизма в современной международной политике исполнилось уже два года. В связи с маленьким юбилеем хотелось бы поделиться некоторыми на первый взгляд неочевидными наблюдениями о людях, ответственных за нее.

При словах «Госдепартамент США» воображение рисует голливудский образ ведомства, представляющего интересы государства — мирового лидера, наполненного экспертами, аналитиками, грамотными международниками. Однако в связи с последними событиями в мире репутация этого «мудрого слона» стала весьма подмоченной.

Мои наблюдения за известными баталиями журналиста Мэтью Ли с безответственными месседжами Госдепа заставляли думать, что их причина всего лишь в неприглядном положении мэтров американской внешней политики, вынужденных прятаться за наивной непосредственностью стоящих на трибуне юных чиновниц. В тревожном 2014 году у меня еще не было оснований сомневаться в том, что за смазливыми личиками официальных спикеров прячутся «думающие танки» Госдепа, профессионалы американской дипломатической службы. Те самые «американские патриоты» что расчетливо создают свою паутину мировой лжи и продолжают прагматично продвигать бронепоезд американского государства к уготованным ему рубежам.

Эта моя уверенность не была случайной — каких-то 20−25 лет назад мне, молодому аппаратчику, еще не растратившему сожалений о нереализованных юношеских мечтаниях по МГИМО и дипломатической карьере, неоднократно случалось наблюдать работу американских госчиновников в Сибири. Я тогда не понаслышке знал, какие ребята работают в политическом и экономическом отделах посольства США в Москве.

Визиты американцев в Новосибирск в те годы были частыми и, да — они иногда действительно отдавали слегка раздражающим инспекторско — менторским тоном, ведь сложно надежно скрывать въевшиеся колониальные привычки под маской профессиональной вежливости. Тем не менее, спустя годы вспоминается, что меня практически не покидало удивленное и, что скрывать — восхищенное чувство от проявляемых ими знаний о России. Складывалось ощущение, что «фирменным стилем» американцев, неустанно собирающих нужные им сведения в российской провинции, была намеренная демонстрация нам, русским, своего базового знания о нашей стране: «Мы знаем вот это и вот то, но хотели бы уточнить один нюанс, будьте так добры!».

Я могу с уверенностью утверждать, что всего лишь 10−15 лет назад американские дипломаты ездили в Сибирь не для того, чтобы ознакомиться с прогнозами на предстоящие выборы в Госдуму. Сходя здесь с трапа самолета, они их уже имели в кармане весьма близкими к реальности, что при личных встречах неизменно поражало меня и моих коллег. Было заметно, что контактируя с пёстрой замкадовской тусовкой российских чиновников, коммерсантов, журналистов и прочих деятелей региональной политики американцы оттачивали свои познания о России на тонком оселке, доводили их до совершенства.

Они действительно тогда знали о нас всё или очень многое. Оглядываясь назад, я понимаю, что поколение тех дипломатов очень неплохо говорило по-русски.

Вспоминается, что доводилось видеть в их руках русские книги. Тогда это выглядело естественным и ничуть не удивляло меня. От них буквально веяло уверенным пониманием предмета и добротной школой славистики.

Под стать рядовым работникам американского внешнеполитического цеха были их начальники, среди которых особенно искренним интересом к России выделялись послы США в России Джеймс Коллинз и Уильям Бёрнс, и это было заметно даже для сибирских провинциальных чиновников, хотя бы по той лёгкости, с какой они получали обязательный уже в то время «зеленый свет» из Кремля на организацию приема западных делегаций. Мне кажется, что именно вот таким тонко настроенным и должен быть предохранительный клапан, сбрасывающий лишнее давление в причудливом котле междуна-родных отношений.

Как бы ни складывались отношения между нашими странами, рабочие качества этих ребят всегда подтверждали мое уважение к дипломатической профессии. Во всяком случае, логика их поступков казалась мне и моим коллегам безупречной, даже если она была продиктована эгоистичными, конкурентными, недружественными мотивами.

И теперь, после длинной предыстории, мне хочется найти ответы на живоинтересующие меня вопросы: Так что же случилось с западными дипломатами и вообще международными отношениями? Почему правила игры на этом поле так резко изменились? Почему именно в этом международном кризисе дипломаты из специалистов внезапно превратились в пропагандистов?

К началу нынешнего кризиса я уже давно и крепко работал в бизнесе и практически не сталкивался с новосибирской дипломатической тусовкой много лет. Но, встречаясь сейчас со старыми друзьями, и, собирая доступную мне информацию в живом общении, я прихожу к неожиданному для меня самого выводу: «требования об объективности и ответственности в дипломатической работе теперь упразднены».

Это, к сожалению, правда, и это очень серьезно. По этому поводу я совершенно не склонен ни к высмеиванию западных коллег, ни, тем более, к злорадству вроде того: «Как же, как же, за какое то десятилетие угробить на корню профессиональную дипломатическую службу — это ж надо постараться…».

Если взять такой срез международной политики, как отношения России и Америки или России и Европы, то мне не дает покоя одно навязчивое наблюдение — наши страны стали говорить на совершенно разном языке.

Поскольку мне есть с чем сравнивать, утверждаю, что даже в острейший югославский кризис не было заметно свойственной нынешним временам беспомощности и некомпетентности западных дипломатических сотрудников. А сейчас мы даже не можем прийти к единой трактовке каких-либо базовых понятий. В то же время любые существующие между нами проблемы немедленно политизируются и вбрасываются в жернова пропагандистских конвейеров.

Трудно поверить, но, кажется, что именно обширность современного информационного поля, открытость огромных объемов различных сведений, а также хаотичные продукты кипящих информационных войн сыграли с западными дипломатами злую шутку: полностью дисквалифицировали их. Запад не притворяется, не включает «дурака», как это многим россиянам кажется.

Они нас просто не понимают…

Мое осознание этого началось в прошлом году, когда мои друзья ошарашили меня известием, что старейший «аксакал» иностранной дипломатии в Сибири — Генконсульство ФРГ настолько испортило отношения с областным Правительством, что не может там даже выпросить автобус на свои мероприятия. Одно только упоминание о немцах якобы вызывает глухое раздражение в окружении самого губернатора. Не последнюю роль в этом сыграл безоглядный проукраинский уклон, слишком навязчивый интерес немецких дипломатов к пресловутой дебильноватой монстрации и публичные знаки внимания, оказанные ее устроителю — профессиональному маргиналу Артему Лоскутову.

Это было большой неожиданностью с учетом того, что мне было известно о прагматичности немцев и том, как они дорожат своей более чем двадцатилетней историей вдумчивой и последовательной работы в Новосибирске. Но нельзя отворачиваться от правды: в июле с. г. Егором Савиным было высказано поражающее своей искренней простотой заявление о том, что он — де не понимает, зачем на консульский прием с участием депутатов Бундестага были приглашены такие персоналии, как Александр Карелин, коммунист Александр Абалаков и прочие лица из околовластной новосибирской тусовки.

Наши славные маргиналы от политики уже привыкли как к должному к состоянию самоизоляции, в которое себя добровольно погрузили немецкие дипломаты.

Нацеленность на контакты с оппозицией — это обычная дипломатическая практика, но вот ведь незадача — оказывается, она требует особой деликатности. Иначе беспристрастный исследователь, закрыв себе дорогу в политические элиты, неминуемо оказывается отстранен от объективной информации о происходящем в стране.

Что и произошло с американцами и немцами — после отказа по команде «сверху» от поддержания широких контактов с представителями реальной российской политики в пользу дружбы с «демшизой», они начали стремительно деградировать в информационном плане.

Даже не хочу представлять, какой бред докладывался ими в свои ведомства в тревожном 2014 году, когда всему миру как никогда требовалась их незамутненное профессиональное восприятие происходящих в России процессов.

Оппозиция, вот уже 15 лет повторяющая как мантру в угоду западным спонсорам «Путин должен уйти» и «Рашен агрешн маст би стоппед» действительно может многое рассказать о российских проблемах, но, не будучи «плоть от плоти» народной, она не видит успехов и свершений своей страны. А если видит, то не удосужится признать их, ведь это ломает заботливо выстроенную ими искаженную картину действительности.

Для меня до сих пор является загадкой то, как западный мир со всем своим грандиозным и разноплановым аппаратом реализации международной политики умудрился «проспать» все глобальные выступления России за последние два года — Крым, Донбасс, Сирию. Вот уж воистину, хочешь знать, что происходит у твоего соседа — проявляй к нему меньше враждебности!

Ведь даже мне, человеку далекому от глобальной политики, государственных и военных секретов, но имеющему друзей среди региональных депутатов и чиновников, было совершенно понятно, каков будет ответ России на украинскую «революцию достоинства» и разгул фашиствующих отморозков. Я только не смог угадать сценарий столь стремительного присоединения Крыма.

А что, разве подсказки, недвусмысленно сделанной Россией еще в 2008 году всему коллективному Западу было недостаточно? И так уж случилось, что о российской операции в Сирии я знал еще за полтора месяца до ее начала — такого шила в мешке не утаишь от тех, кто живет среди нормальных российских людей…

Тот информационный маразм, который сейчас царит в головах дезориентированного западного мира можно проиллюстрировать на примере свежего сюжета о приезде в Новосибирск в ноябре этого года двух сотрудников Госдепа из посольства США в Москве. Помните, что я говорил про американских дипломатов конца 90-х — начала 2000-х годов?

Этот нонсенс, но американские дипломаты образца 2015 года уже не владеют политической ситуацией в том регионе, куда направляются, не знают структуру региональной экономики, с трудом говорят по-русски. Смехотворными выглядит милая непосредственность, с какой они признаются в непонимании происходящего во внутренней политике России, а также намеки на тот информационный вакуум, который сложился вокруг них в Москве.

Но самое поразительное для меня и неожиданное — что официальные лица иностранного государства на общих основаниях со всеми смертными становятся жертвами грандиозных дезинформаций, порожденных их же собственной пропагандистской машиной! Иначе чем мы можем объяснить тот факт, что сотрудники политического отдела американского посольства Бред-форд Белл и Кортни Николайсен (вот, похоже, будет достойная смена Джен Псаки) принялись искать в Сибири следы сибирского сепаратизма?

Когда в 2014 году взбесившиеся украинские СМИ поведали всему миру о «Марше за федерализацию Сибири» и кровавом подавлении в Новосибирске сепаратистского движения «За отделение Сибири от Москвы» мы с коллегами-отставниками, помнится, смеялись над этим не более 5 минут, ибо недостойно внимания…

Но, похоже, у современных западных дипломатов есть свои источники, заслуживающие доверия и какой-то собственный особый научный инструментарий для изучения России, неподвластный мне, практику — обществоведу, проведшему десятки исследований в разных регионах страны.

Я с грустью наблюдаю за тревожными процессами депрофессионализации в государственном управлении. Меня не радует, что мы, россияне, оказались не одиноки в этой беде. Повсеместное укоренение «дипломатии безответственности» поистине ужасно. Ведь, как учит нас история, от простого непонимания до войны очень короткая дорожка…

20 ноября 2015 19:03 1883 1 "Большой Новосибирск"

Комментарии

  • Наталья # 20 ноября 2015 20:32

    А почему же имя автора не написано?

      Ответить
Добавить комментарий

Оставьте свой комментарий